Статьи

Главная страница
Новости
О Клубе
R.A.World
Галерея
В память
Статьи
Stuff
Форум
Контакты
Ссылки


  

"Дороги войны..."

ДОРОГИ ВОЙНЫ

"МОТОМАРШ МИРА 2005". Мотопробег по Чечне.
Мотоклуб "Падонки" (Масква) при участии Rolling Anarchy MCC и друзей...

Статья из журнала "BIKE FREAK" №12
Текст: Андрей «Котофей» Кочетов
Фото: В. Чекушев/М. Гордиенко

Чечня. Грозный. Площадь имени Ахмада Кадырова. Огромная толпа приветствует небольшую группу мотоциклистов в балахонах с надписью «Мотомарш мира. Москва – Грозный – Москва». Подходит совсем старый дед с внуками и говорит: «Ребята, вы даже не представляете, что вы сделали! Я сам очень давно не видел русских, а мои внуки никогда. Вот привёл их показать, кто такие русские».
Ночь. Бензозаправка «ТНК» сразу перед МКАД. Участники пробега «Марш мира», пыльные и усталые, дожидаются запаздывающий джип сопровождения. В глазах усталость и какая-то странная задумчивость. Слушая рассказы, совсем не похожие на те, что слышишь после шумных мотослётов или путешествий по загранице, я почему-то вспомнил негативные возгласы, раздававшиеся до и во время пробега (и наверняка мы услышим их и после): «На кой чёрт это надо?!», «Это дешёвая пиар-акция!» и т. п. Глядя на ребят, как будто даже слегка постаревших (или помудревших) за эту неделю, я задумался о том, что это – зависть, собственное бессилие или просто глупость человеческая? И как хорошо, что эти «голоса» не имеют возможности вставлять палки в колёса тем, у кого есть нечто большее, чем просто пафос и позёрство, кого волнует не только собственное благополучие, кто хочет понять и донести до других не просто пустые догматы и лукавые мудрствования. Война в Чечне окончена, но по многим судьбам она прошла чёрной полосой, кровавым рубцом. И, возможно, мотомарш будет одной из первых капель того эликсира, который поможет залечить раны в душах как русских, так и чеченцев, став символом новой мирной жизни.

Алексей «Ритуальщик» («Падонки», Москва): Идея поездки вынашивалась года три. Олег «Ножницы» родом из Грозного. Как-то сидели у него на даче, и его отец говорит: «Хорошо бы сыну съездить на родину, посмотреть, как там дом, как родственники…». Было предложено организовать этот марш ещё при Кадырове-старшем, но в связи с трагическими событиями его пришлось отложить. Там не до нас было. Последний год тему активно развивали, включили административные ресурсы, начали забрасывать письмами администрацию президента и т. п. Ответы получали вялые, можно сказать – отписки, нас перекидывали с рук на руки, пересылали от «зама» к «заму». И вся эта тягомотина длилась до тех пор, пока нас не познакомили с Муслимом, заместителем Рамзана Кадырова, и с этого момента пошла реальная работа. Сам Кадыров очень заинтересовался этим проектом, мы встретились лично, и он официально пригласил нас. Обсудили все тонкости и нюансы. Многие не верили, говорили: «Падонки» понтуются, ничего из этого не выйдет». Но у нас всё получилось! И спасибо тем людям и организациям, которые в нас поверили и нам помогли, прекрасно понимая, что это не рекламный и не коммерческий проект.
Михаил «Горыныч» («Rolling Anarchy MCC», Москва): В конце июня я остался без мотоцикла и подумал, что сезон закончен. И вдруг звонок Саши «Адвоката», моего одноклубника: «Ребята собираются ехать в Чечню. Ты поедешь?». Я говорю: «Ты что, с ума сошёл?! Какая Чечня?!». «Да нет, серьёзно! «Падонки» организуют пробег «Марш мира», Роман Иваныч едет… Ты поедешь?» Я отвечаю: «Сань, ну ты же знаешь, какая у меня сейчас ситуация – я без мотоцикла, да и с деньгами напряжённо…». «А если бы был мотоцикл, то поехал бы?» «Ха! Конечно поехал бы, о чём разговор!» – сказал я просто так (ну надо же было что-то сказать!). На что он мне и говорит: «Отлично! Тогда бери мой мотоцикл и езжай». И тут я понял, что попал – отказываться поздно. Начал готовиться к поездке.
Чего скрывать, на самом деле было страшно. Чем ближе дата выезда – тем страшнее становилось. Конечно, сразу появилось огромное количество «доброжелателей» и советчиков, рассказывали разные страшилки, говорили: «Зачем тебе это надо?», «Вместо защиты бронежилет надень» и т. п. Появилась масса желающих взять денег в долг, вещей в пользование, машину покататься. В общем, мало кто верил, что этот проект воплотится, а ещё меньше людей верило, что всё пройдёт благополучно. К тому же, отъезд был назначен на 13-е число. Шутка ли это была или стечение обстоятельств – неизвестно…
В половине шестого утра 13 сентября мы встретились на заправке трассы «Дон». Сразу же были оглашены правила, установленные на время поездки. Во-первых, все едут в одинаковой одежде. Для этого были сделаны специальные именные балахоны, которые надевались поверх остальной одежды, с логотипами пробега «Москва – Грозный – Москва», логотипами участников и спонсоров. Во-вторых, жёсткий «сухой закон», что на протяжении всей поездки стало основной темой шуток и приколов. И что ещё немаловажно – следить за языком: разговаривать культурно, по возможности не материться, не ляпнуть какую-нибудь глупость.
В технический состав пробега вошло четырнадцать мотоциклов и две машины: 4 BMW «GS», 3 BMW «LT», 2 Honda «Pan European», Honda «Gold Wing», Suzuki «GSX 1400», Suzuki «Нayabusa», Honda «Blackbird», Honda «Valkyrie», джип-техничка Toyota «Land Cruiser» и микроавтобус Merсedes c каскадёрами группы «Терехово-13». Кроме опасений, меня также смущало то обстоятельство, что, хотя в состав экспедиции входили люди известные, моё знакомство с ними носило достаточно поверхностный характер и в дальние поездки нам вместе ездить ещё не приходилось. Конечно, за исключением Романа Иваныча, однако по причине абсолютного «сухого закона» он мало походил на того человека, которого я давно и хорошо знаю: был тих и задумчив. Как говорится, пришлось знакомиться заново. Вся экспедиция была разбита на несколько групп в зависимости от возможностей мотоциклов и их хозяев, и в каждой группе был назначен старший. У каждого старшего была СВ-рация плюс рация в машине сопровождения. Первое место встречи было под Воронежем, до которого добрались без приключений. Что любопытно, все группы приехали почти одновременно. Следующий перегон – Ростов-на-Дону, где и заночевали на левом берегу.
Алексей: По всей дороге наш друг Шериф обеспечил нам сопровождение ГАИ, разослав телеграммы через линию ГИБДД России. На постах удивлялись: «А где же ваша колонна?». Ростовское ГАИ сработало отлично: встретили нас на въезде в город, везде сопровождали. Достаточно тяжёлый выдался день, сказывалось моральное напряжение, не говоря о забитой фурами трассе. К тому же, я «закрутил гайки» жёсткой дисциплиной. Мы с Олегом как организаторы чувствовали на себе ответственность и переживали за успех предприятия: как ни крути, но морально мы за всех в ответе.

Михаил: Кстати сказать, я первый раз участвовал в таких организованных мотопробегах. Привык ездить по-разгильдяйски: куда захотели – туда и поехали, остановились – выпили, во сколько просыпаемся – во столько и едем. А здесь – жёсткий график и режим. Было сказано: «В 6:00 подъём и выдвигаемся в сторону Пятигорска». Поначалу я отнёсся к этому не очень серьёзно; в результате получил строгий выговор от Лёхи «Ритуальщика», следствием чего стало моё постоянное появление на 15 минут раньше. Напрягало ли? Сложно сказать. Просто поездки бывают разные, а учитывая специфику проекта, это было правильно и оправдано.
До Пятигорска снова ехали группами, где встретились в районе 12:00 дня. И с этого момента мы уже ехали одной колонной, которую возглавлял джип, а замыкал автобус каскадёров. Здесь же нас встретила машина сопровождения. Далее по Северной Осетии, Ингушетии и Кабардино-Балкарии мы ехали в сопровождении сотрудников милиции, которые передавали нас по эстафете на границе каждой республики. Все эти республики произвели прекрасное впечатление, не было заметно никакого враждебного отношения. Приятно поразило также качество дорог.
Алексей: Вторая ночёвка у нас была намечена в Приэльбрусье, потому что было бы просто глупо его проехать и не увидеть сам Эльбрус. Альтернативой был Пятигорск, но без женщин и выпивки там делать нечего, а искушение велико! Там мы потеряли нашу первую группу спорт-байкеров. Как оказалось, Одиссей родом из Владикавказа, и, зная свою родину, он увёз всех так далеко, что мы его искали в течение часа. В Пятигорске сломался «Мерседес», который пришлось оставить на сервисе. Ребята из «Терехово-13» сами всю ночь «ломали» автобус, разобрав его практически весь, но неполадку всё-таки устранили. На следующий день мы встретились с ними в Нальчике и снова вместе выдвинулись в сторону Грозного. В Пятигорске нас встречал батальон ГИБДД Кабардино-Балкарии, который сопровождал нас вплоть до чеченской границы. Там же нас встречали Сулейман (мой партнёр по бизнесу) и его друг, которые сказали: «По дороге вас ждёт сюрприз. Вы не против?». После чего повезли нас в центр города Тернауз, где на стадионе нас встретил глава администрации Приэльбрусского района, огромная толпа детей, школьников, артисты…
Михаил: Что это будет и как, мы, естественно, не знали; знали лишь, что ночлег запланирован в Приэльбрусье. Въезжаем в Тернауз. Колонна поворачивает на стадион. Я смотрю и начинаю обалдевать: стадион просто забит детьми, какие-то люди в национальных костюмах, на трибуне официальные лица. Тут у меня начинается мандраж, потому что я такого абсолютно не ожидал. Представлялась встреча у какой-нибудь школы, стайки детишек, а тут такое! Въехали на стадион, красиво поставили мотоциклы. Нас встретили такими аплодисментами, что мы даже растерялись. Нам плясали лезгинку, пели народные песни, вручили большой кувшин тана; Олегу подарили бурку с папахой, после чего прошла непродолжительная официальная часть с речами типа «Миру – мир!», «Терроризму – нет!» и т. п. А потом начался непосредственный контакт с населением. И вот это было ужасно! Представьте себе полуторатысячную толпу детей в возрасте от 5 до 15 лет, которая бросается на вас и начинает рвать на сувениры, как пираньи. В этот момент я подумал: «Чёрт с ними, с мотоциклами, лишь бы самому живым остаться!». Хорошо, что был джип, который послужил сейфом для шлемов и остального мотообмундирования, иначе бы мы уехали голые. Началось общение с детьми (причём взрослых практически не было). Естественно, море вопросов, раздача сувениров, после которого – раздача автографов (это был наш звёздный час!).
Алексей: Когда я объявил, что будем катать детей, они хлынули на нас таким потоком, что чуть не смели! За право прокатиться первым дети чуть не передрались. «Анархисты» Роман Иваныч с Михой попробовали катать, прорываясь через толпу и чуть не давя детей, но выглядело это просто ужасно!.. Я попытался организовать очередь, призывал на помощь родителей и учителей, но дети были настолько возбуждены, что чуть было не случилась давка.
Михаил: Их было настолько много, что катание стало нереально организовать как минимум с точки зрения банальной безопасности. Но всё же по несколько кругов мы сделали. Я раз прокатил девочку, которая мне много и интересно рассказывала о себе, о школе, о Кабардино-Балкарии, и я просто не мог ей отказать. А потом сквозь толпу пробился мальчик лет 12 и говорит: «Сестру прокати». Это меня тоже подкупило, и я сделал ещё один круг. Вскоре стало понятно, что отсюда надо как-то выбираться, потому что на сувениры пошли детали мотоциклов (всё началось с шильдиков «BMW»). Иначе нас просто разорвали бы. Все последующие встречи находились под полным контролем силовых структур, а здесь мы были абсолютно беспомощны. Это был не отъезд – это было бегство!..
К вечеру мы добрались до места ночлега - пансионата администрации президента, расположенного на высоте 2500 м. Всё отлично: чистейший воздух, великолепный вид на снежный Эльбрус, горячая вода. Как всегда, отсутствие спиртного, но стол был настолько хорош!..
Алексей: Я такого ни разу в жизни не ел! Только горячих блюд из баранины я насчитал 7 видов. Представляете наши страдания, когда такой стол – и ни одной рюмки водки?! Однако закон есть закон. Самые тяжёлые в этом отношении были первые два дня («Ну может, хоть по бутылочке пива?»); но потом ничего, привыкли.
Самый трудный в психологическом отношении был третий день. Мы ехали туда, где до нас давно никто не был, где много лет шла война и т.д. и т.п. Да ещё в СМИ постоянно нагнетают обстановку.
Михаил: В 6:00 – подъём, в 7:00 – отъезд. Дорога прекрасная, шли без помех. Единственное, что действовало на нервы, это огромное количество коров, очень красивых, но бродящих абсолютно хаотично без всякого присмотра, в том числе и по дороге. А через 200 км граница Чечни. По мере приближения становилось всё страшнее и страшнее. Проехав последний серьёзный блокпост, мы остановились, чтобы дождаться машин сопровождения охраны Кадырова. Справа и слева – базы федеральных войск, военные городки. Пасмурные лица «федералов». К нам подошли два угрюмых бородатых мужика в камуфляже с автоматами и спросили: «Вы куда?». Мы говорим: мол, так и так. А они посмотрели на нас хмуро: «А оно вам надо?». И молча ушли. Внутри стало как-то совсем нехорошо… Кто они были – не знаю, просто подошли люди с оружием.
Кстати, на протяжении всей поездки мы встречали огромное количество людей с оружием, причём все были одеты в разную одежду, гражданскую и военную – всех мастей, но без знаков отличия. И было совершенно непонятно, как они различают друг друга; кто «хороший», а кто «плохой» – неясно!
Стоим, ждём. Минут через 10-15 подъехали машины «Спецрота», из которой вылезли бородатые люди в чёрных майках и с автоматами, а с ними человек, который сопровождал и опекал нас на протяжении всего пребывания на территории Чечни. Это был Исса, помощник Рамзана Кадырова по работе с молодёжью и общим организационным делам. Очень милый, обаятельный человек с прекрасным образованием, общение с которым доставило огромное удовольствие. В общем, мы построились в колонну и достаточно быстро поехали в сторону Грозного. Что мне бросилось в глаза, так это деревья, добрая половина которых несла на себе печать войны: обгоревшие ветви, сломанные или израненные стволы.
Алексей: Блокпосты пролетели удивительно быстро. Солдаты-«федералы» там были просто в шоке. Их никто не предупреждал, а тут такое!.. Исса постоянно связывался со мной по рации: «Давайте быстрее! Мы опаздываем! Меня убьют!». На что я отвечал: «Мы не можем!». Трасса за городом нормальная, но пыль столбом. А в самом Грозном дороги разбиты.
Михаил: Пыльная дорога, вой сирен машин сопровождения и неизвестность того, куда мы едем и что нас там ждёт… Становилось всё жутче и жутче. Но когда мы въехали в Грозный, страх начал пропадать. Первое, что бросилось в глаза, это не разрушенные здания и люди с оружием, а толпы на улицах. И самое главное – огромное количество молодёжи, школьников.
Алексей: Я ехал рядом с Олегом и видел, как по его лицу текут слёзы: он приехал на родину и не узнал свой город. Проезжали места, где прошло его детство. Он мне пальцем показывает, что-то сказать пытается, а не может: слёзы душат! Грозный пролетели минут за пять. Исса торопит: «Быстрее, быстрее!». В Грозном мы не останавливались, а поехали сразу в Гудермес и на стадион, где нас уже часа два ждала возбуждённая толпа. Мы сделали круг почёта по стадиону и поставили мотоциклы в ряд напротив трибуны. Встречал нас сам Рамзан Кадыров со своими детьми, а девушки вручали цветы и подарки; была также куча представителей СМИ. Официальная часть, пресс-конференция…
Михаил: После того, как слезаешь с мотоцикла, хочется только покурить и хоть немного расслабиться: сказывается сильное нервное напряжение (не понимаешь, куда ты приехал, рады ли тебя видеть и чего ждать от местного населения). Так что, официальная часть встречи пролетела мимо сознания. Естественно, прозвучали слова приветствия типа: «Миру – да, вахабизму – нет!» и т. п.
Алексей: Потом, пока каскадёры готовились, пришлось минут пятнадцать развлекать присутствующих. Олег пошёл танцевать лезгинку, а милиция сдерживала молодёжь, которая пыталась всем составом к нему присоединиться. Поиграли с публикой в игру «да-нет». Кадыров спрашивает: «Вы что, шоумена привезли?». Неудачный опыт общения с людьми в Тернаузе принёс свои плоды. Всё было прекрасно организовано, охрана работала чётко. Группа «Терехово-13» начала выступление, а ко мне всё время подбегал помощник Кадырова и говорил: «Лёха, тяни время! Тяни время!». И вот, во время выступления на стадион заходит «великий Тайсон»; мы с ним поздоровались, он сел на трибуну рядом с Кадыровым. Мы продолжили выступление, а под конец решили «отжечь резину». Я говорю: «Коля, жги по полной! Взрывай колесо!». Так он устроил такую дымовую завесу, что закрыл весь обзор охранникам. Те заметались вокруг Кадырова и Тайсона, не понимая, что происходит. Мне говорят: «Прекращай это!». «Сейчас, – отвечаю. – Резина взорвётся…». «Как взорвётся?.. Ты что, обалдел?!»
Михаил: К сожалению, из-за небольшого размера площадки они не смогли показать всё, на что способны. Однако даже то, что они смогли продемонстрировать, вызвало бурную реакцию присутствующих – аплодисменты, восторги. В какой-то момент сам Кадыров сел на квадроцикл и сделал несколько достаточно успешных попыток поставить его на задние колёса. Было понятно, что с техникой он знаком не понаслышке. Не стану утверждать, но слышал, что в его гараже мотоциклы тоже присутствуют. Не уверен, ездит ли он сам, но лично я видел в его гараже помимо прочей техники мотоцикл «Harley-Davidson».
Алексей: И тут нам дают команду: «Все на мотоциклы и следуйте за кортежем Кадырова!». А у него четыре «Hammer», штук десять «Land Cruiser» и куча «Волг». Я спрашиваю: «А как же каскадёры?». «Каскадёров бросайте, ими займутся!» Мы прыгаем на мотоциклы… Как этот кортеж рванул!.. Мы попытались его догнать и чуть не растеряли колонну. Я решаю дождаться отстающих, и мы теряем кортеж. Едем по Гудермесу одни, никого нет. Я говорю: «Олег! Ты местный, вот и говори куда ехать». Он отвечает: «Прямо!». Выскакиваем к знаку с направлением «Грозный». Я спрашиваю: «Куда?..». Олег подумал: «А, поедем в Грозный! Я там свой». И мы «дубасим» по Чечне колонной без сопровождения, без охраны. Тут нас нагоняет джип с охранниками: «Вы куда уехали?!». «Мы потерялись», – отвечаем. «Давайте за нами!» Привезли на какую-то военную базу, где Тайсон стрелял из автомата. Нам тоже предложили, но мы отказались по принципиальным соображениям: всё-таки Марш Мира! Не успели расслабиться – снова команда: «Срочно уезжаем!». Пока мы разворачивались, опять увидели хвост уезжающей колонны. И тут Рамзан Кадыров о нас вспомнил: «Где байкеры? Где Олег? Где Алексей?». Всех отсекли, нас воткнули сразу за его машиной, и мы чинно-красиво отправились на другой стадион, где проходил чемпионат по боксу. На сам чемпионат мы не пошли, воспользовавшись свободным временем для починки пробитого картера на «LT». И тут, наконец, появился местный байкер на «CBR 900» и стал носиться по стадиону туда-сюда. Я спрашиваю: «Рамзан, а кто это?». «Это мой личный охранник, фанат мотоциклов. Мы ему три месяца мотоцикл не давали, боялись, что разобьётся. А тут такой случай!» Но ездил он, конечно, безбашенно. Видно, что адреналин есть, а опыт небольшой. А вечером после окончания всех мероприятий он появляется с забинтованной рукой. «Что с тобой?» – спрашиваем. «Да вот, ключицу сломал…» Пока шли поединки, мы пообщались с Алу Алхановым, который приехал нас поприветствовать. А потом отправились в Гудермесский детский дом, находящийся под патронажем самого Кадырова. Как оказалось, они нас тоже достаточно долго ждали. Мы подарили им игрушки и футболки, а они нам показали очень весёлую программу: пели песни, читали стихи… Но самое смешное – это сказка про репку на чеченский манер и в стиле «рэп». Просто здорово!
Михаил: Ужасно трогательное событие. Дети войны, которые безумно рады любому вниманию, которое им оказываешь. Видно, что им не столько важны наши подарки, сколько то, что к ним приехали. Это другие дети, к ним нельзя подходить с обычных позиций. Кабардинские дети в Тернаузе и дети Чечни – это абсолютно разные дети. Очень грустно осознавать, что они ничего, кроме войны, в своей жизни не видели. И очень хочется, чтобы всё это побыстрее закончилось.
Алексей: Когда закончился боксёрский чемпионат и дети нас отпустили, Рамзан Кадыров пригласил нас к себе домой в Центорой (его родовое гнездо где-то в 40 км. от Гудермеса), где ждал торжественный ужин.
Михаил: Для меня стало откровением то, что дороги в Чечне и по качеству, и по состоянию не хуже, чем в Московской области, несмотря на то, что по ним периодически ездит бронетехника. Никаких воронок или следов от взрывов. А дорога из Грозного через Аргун и Гудермес в Центорой просто идеальна, как Рублёво-Успенское шоссе. Ну и, естественно, коровы. Коровы везде! А ещё ишаки через дорогу бегали. Забавно всё это было наблюдать…
Алексей: А вокруг поля, «зелёнка»… Нас охраняло несколько машин, набитых до зубов вооружёнными охранниками. Была такая забавная ситуация: мы подарили охранникам наши майки, они их надели, а сами остались в таких же защитных штанах. Подходит Кадыров к Олегу: «Слушай, а почему байкеры с оружием?!». Вообще сувениры пользовались огромной популярностью. Например, за одну майку предлагали две гранаты, за ножик «Leatherman» – пистолет Стечкина.
Михаил: Приехали в Центорой. На въезде висит огромный плакат: «Смерть террористам! Смерть вахабитам! Нет наркотикам!». Этот день стал, пожалуй, эмоционально самым насыщенным. Центорой произвёл очень приятное впечатление: большой посёлок, в котором незаметно никаких следов войны. Видно, что жизнь идёт: большое количество детей на улицах, домашней живности. Такой пример: пока ехали по селу, насчитали 3 объявления «Прокат свадебных платьев», что, несомненно, показатель благополучия. Дом Кадырова подробно описывать нет смысла. Он больше похож на благоустроенный форт, чем на дворец – несколько зданий, обнесённых высокой кирпичной стеной, огромный двор. Потом был ужин с самим Рамзаном Кадыровым. Огромный стол, вдалеке кухня, на которой женщины готовили еду. Обычно еду подают женщины, а нам еду на стол ставили охранники. Насколько я понял, это был знак уважения – очень приятно. Застолье шикарное – стол ломился, одни блюда сменялись другими, алкоголь – на любой вкус. А у нас «сухой закон»… Тяжело, конечно, было, но мы справились.
Алексей: Что нас поразило, так это отношение Рамзана к памяти отца. Мы приехали в четверг, когда в его дом приходят старейшины, близкие и молитвами и песнями вспоминают Ахмада Кадырова. Это целый ритуал. Когда мы сидели за столом, они пришли нас поприветствовать. Для них наш приезд – это действительно событие; им хотелось нас потрогать, пощупать. Они не верили, что русские приехали, причём не официальные лица и не федералы. Нам Миха «Шериф» дал шикарные рации, и среди охранников ходил слух, что половина из нас – «ФСБшники» и «федералы» и что мы все купленные. Несколько обидно было слышать. После ужина ещё часа два общались, а потом стали собираться обратно в Гудермес, где мы должны были ночевать в доме для гостей. Рамзан Кадыров сказал: «Не переживайте, езжайте спокойно!». У нас, естественно, мандраж – ночью, одни, по Чечне! Хоть и 40 км, а всё равно жутковато. И вот мы выезжаем; через каждые 200 м вдоль дороги стоят военные (не «федералы»), причём лицом к лесу, а в кустах танки. Не знаю, насколько там спокойно, но Кадыров сказал, что «это дань вежливости и уважения к вам, чтобы вам было спокойнее». Впечатление производит сильное. И только после того, как мы въехали во двор, за нами заперли ворота и поставили охранников, все немного расслабились. Спать завалились вповалку прямо на ковры.
Михаил: Приём был фантастический. К тому моменту страх прошёл, стало понятно, что никто тут нас убивать не собирается, отношение очень доброжелательное. До этого момента мы практически не контактировали с обычными жителями Чечни, в основном общались с официальными лицами и военными (кадыровский полк, кадыровский спецназ). Вечером произошёл забавный случай: нашему «ангелу-хранителю» Иссе (он сам из Грозного) кто-то позвонил с вопросом, суть которого была такова: «Ты когда дома будешь?». «Я остаюсь в Гудермесе», – ответил он. «А чего там делать, в Гудермесе? Возвращайся!». «Не могу! К нам тут байкеры из Москвы приехали и Майк Тайсон». «Ты чего, с ума спятил?! Какие байкеры?! Какой Тайсон?!»
Алексей: Следующий день – Грозный. По дороге снова заехали в Центорой, чтобы навестить могилу Ахмада Кадырова и отдали дань уважения первому президенту Чеченской республики. В Грозном проехали сразу в центр города, к православному храму (одному из двух уцелевших, сейчас единственному в Чечне)... Впечатление осталось тяжёлое: полумёртвый город с разбитыми домами, в которых живут люди. Хотя жизнь кипит, работают палатки, дети идут в школу. Храм находится недалеко от площади Минутка. К сожалению, ввиду отсутствия батюшки настоятельница съёмку не разрешила. Мы подарили храму Библию, выпущенную всего в 100 экземплярах, поставили свечи, набрали святой земли на могилу отца Олега с его родины.
Михаил: Никакой охраны у храма я не заметил, видны были только ремонтно-восстановительные работы. Я не знаю, какой у неё приход, но она действующая. Общение с двумя женщинами, которые присматривают за храмом, оставило глубокие и приятные впечатления. Потом посетили православное кладбище, возложили цветы к памятнику воинам, погибшим в Отечественной войне. Помня о том, что русских в Чечне практически не осталось, мы поразились приличному его состоянию. Видно, что за ним ухаживают. За несколько месяцев до нашего приезда Рамзан Кадыров отдал приказ привести в порядок все православные кладбища, чтобы родственники могли приехать и посетить могилы. Разминировали, восстановили оградки, подняли кресты. И я не думаю, что это как-то было связано с нашим приездом. Не хочу копаться в политике (пусть другие этим занимаются), но мне показалось, что администрация Кадырова делает очень много для сближения с Россией, восстановления нормальной добрососедской жизни. И мне кажется, что в будущем это вполне возможно, если никто не помешает. Во всяком случае, динамика заметна – взять то же огромное количество детей на улицах. Дети – это показатель всего.
Алексей: Пока мы стояли, подлетел такой мужичок прикольный лет 60-ти на старенькой «Яве» с коляской. «Ребята, – говорит, – я тоже байкер! Поехали ко мне! У меня ещё шесть мотоциклов!..» «Мы не можем, – говорю. – У нас плотная программа». «А когда вы назад поедете?» «Часов через пять». Так этот мужик часов 5-6 стоял на выезде из Грозного и ждал нас, боясь пропустить. Мы всё-таки встретились с ним, немного пообщались, сфотографировались, надарили ему маек, значков, наклеек, Он был счастлив безумно, пытался заманить нас в гости, но сопровождающие отказали.
Михаил: Совершенно потрясающий дед, фанат мотоциклов. Не знаю, откуда он узнал, что мы приедем, но ещё в первый день он ждал нас на трассе у Грозного на своей «Яве»-старушке, махал руками. Его «старушка», кстати, в идеальном состоянии. «Ребята, – говорит, – я болен мотоциклами! Я хочу пригласить вас к себе в гости». Но несмотря на наше желание посетить настоящего чеченского мотоциклиста, начальник нашей охраны и сопровождения не разрешил, ссылаясь на удалённость его села, жёсткий график и соображения безопасности. Просто не мог взять на себя ответственность нарушить маршрут и программу пребывания. «К нам же настоящие байкеры приехали! Такое раз в жизни бывает!» – жаловался ему дед. Очень расстроился. Но по крайней мере, удалось хоть немного пообщаться.
Алексей: Потом мы поехали в Чеченский государственный университет. Там нас ждала огромная толпа студентов, ректор вручил нам знаки отличия ЧГУ, мы ему – майки. Я «толкнул» речь, научил, как «халяву ловить» по-московски.
Михаил: Меня вновь поразило количество студентов, но к сожалению, встреча была непродолжительна и не удалось нормально пообщаться. Но приём был потрясающий!
Алексей: В заключение мы отправились на площадь имени Ахмада Кадырова, где планировалось проведение шоу каскадёров. Для этого перекрыли улицу, но собравшуюся многотысячную толпу было практически невозможно удержать на бордюрах.
Михаил: Шоу прошло немного смазано, несмотря на жёсткую организацию. Просто люди отвыкли от каких-то зрелищ, и желание увидеть всё было настолько велико, что через короткое время кусок дороги, отведённый под трюки, сократился до минимальных размеров, и каскадёрам уже негде было развернуться. Но несмотря на это, успех полный, публика была в восторге.
Алексей: Людей кое-как распихивали, раздвигали, но как только милиционер из оцепления делал шаг вперёд, чтобы тоже увидеть происходящее, освободившееся место тут же заполнялось людьми, которых уже невозможно было подвинуть обратно. И постепенно свободное место сокращалось настолько, что невозможно было продолжать выступление. Всё останавливалось, и толпу раздвигали снова. И так несколько раз подряд. В перерывах на площадку выскакивали местные жители на машинах и тоже начинали «отжигать резину». Один выехал аж на «Газели»! Было видно, что это для них действительно событие. Люди приехали не только со всего Грозного, но и из других населённых пунктов.
Михаил: По нашим наблюдениям, о нашем приезде никакой информации не было: он нигде не «пиарился», не рекламировался, и простые люди о нём заранее ничего не знали. И несмотря на это, на площади имени Ахмада Кадырова собралось порядка 2-3 тысяч человек. Тут начали проявляться некоторые моменты, о которых я раньше не задумывался. В первый раз я осознал тот факт, что на территории Чечни уже 14 лет идёт война. А что такое 14 лет войны? Это значит, что за это время выросло два поколения людей, которые, кроме войны, вообще ничего не видели. Они родились на войне и выросли на войне. Для них оружие, стрельба, взрывы столь же естественны, как для нас звук трамвая. И поэтому всё, что связано с мирной жизнью, – для них экзотика. Это надо понять и прочувствовать. Поэтому приезд мотоциклистов – это экзотика, другой мир. Подходили молодые люди со словами: «Знаете, ребята, вы первые русские, которых мы видим в жизни. Для нас русский – это «федерал» с автоматом на зачистке или на блокпосте. К нам никто не приезжает». И в дальнейшем не раз мы слышали эти слова: «Вы первые, кто сюда приехал с миром». Ни как комиссия, ни как официальные персоны, а как обычные люди просто в гости.
Приём был фантастический, просто рвали на части. Было роздано огромное количество автографов (я за всю жизнь столько не писал!). Чеченки – очень красивые девушки и одеты достаточно свободно, нормальные современные молодые люди, такие же, как и везде.
Алексей: Напоследок мы сделали торжественный круг по площади, заехали в президентский дворец, где нас накормили, и отправились обратно в Гудермес, где и ночевали. Наконец-то удалось немножко расслабиться!
Михаил: Кстати, ещё одно наблюдение: остановились на небольшой улочке типа нашего Арбата, слезли с мотоциклов, закурили.Смотрю – народу много, но никто не курит. Я думаю: может, мы что-то не то делаем, может, тут курить нельзя? Спрашиваю у охраны: «Ребята, а почему никто не курит?». «Ну, вам всё можно – вы гости. Курить здесь, конечно, можно, но у нас просто не принято так. Люди, которые курят, обычно уходят куда-нибудь в сторонку, чтобы никто не видел. Ну, а вообще мы за здоровый образ жизни».
Много было встреч, много интересных разговоров. Тот же Исса сказал как-то: «Я знал, что вас будут принимать хорошо, но не думал, что настолько хорошо и настолько доброжелательно». Мы с вами привыкли к тому, что, когда идёт колонна мотоциклистов, люди приветствуют, кричат, машут руками, снимают на камеры, машины сигналят. Для нас это нормально. И здесь было так же. А Исса объяснил, что такое открытое выражение эмоций не свойственно для Кавказа, а для Чечни в особенности. Он просто этого не ожидал, и был поражён происходящим.
Алексей: Да, очень доброжелательное отношение. Я уж не говорю об автографах и сувенирах! Все пытались сфотографироваться, пообщаться, спросить хоть о чём-нибудь. «Джип» до сих пор пахнет шашлыками и другой едой, которой нас везде угощали, а хозяйственный Швондер аккуратно укладывал всё в машину. Я ещё раз повторю, что приезд байкеров для них – огромное событие, как прилёт инопланетян. У них уже столько лет ничего нет – ни кино, ни театров, ни концертов. После наступления темноты никто из дома не выходит. И вместе с тем надо понимать, что столько лет для них русские были оккупантами, «федералами», которые их «кошмарили», проводили постоянные зачистки. И два поколения выросли на этом, не зная больше ничего о русских. И вместе с тем они считают себя частью России, говорят по-русски.
Михаил: А ещё такое наблюдение. Я поинтересовался у одного из наших охранников: «У вас все носят форму без знаков отличия. Как вы определяете, где свой, а где чужой?». «Кто мне улыбается – тот свой, а кто в меня стреляет – тот чужой». Ещё ситуация: подошли однажды мрачные люди с оружием и спрашивают: «А вы зачем сюда приехали?». Мы начинаем объяснять, что у нас Марш Мира и всё такое… «Ну, а всё-таки, зачем?» «Мы путешественники. Мы за мир. Приехали посмотреть, как вы живёте…» Они постояли, подумали. «Ну что ж, это приятно. Спасибо.» И ушли.
Алексей: На следующий день рано утром мы выехали обратно, в сторону Ростова-на-Дону. На трассе нас уже никто не тормозил, и мы обнаглели настолько, что под конец «валили» под 200 км/ч мимо постов ГАИ.
Михаил: Обратная дорога была достаточно лёгкой, за исключением Беслана. Для меня это стало потрясением – слов нет. Когда смотришь это по телевизору, кажется, что это где-то далеко, а когда едешь на мотоцикле, понимаешь, что совсем рядом – всего полтора дня пути. Прекрасный город с хорошими дорогами. И когда ты видишь среди красивых домов это разрушенное здание школы… Мы были внутри, в спортзале, где держали заложников. Ужасное ощущение, ужасная энергетика. Видимо, столько боли, столько ужаса в этом месте было, что всё это до сих пор никуда не делось. Я реально ощутил внутри масштаб этой трагедии, вышел оттуда сам не свой. Мы ни с кем не разговаривали, не встречались, слезли с мотоциклов, молча прошли всё и уехали…
Алексей И только в Ростове напряжение, царившее все эти дни, начало отпускать. Сели за стол, наконец-то выпили. Мы попали на день города, но эмоциональная разгрузка была настолько сильная, что никто никуда не пошёл, все остались в гостинице, вспоминали, делились впечатлениями. В Ростове задержались ещё на день, а в понедельник утром рванули в сторону Москвы. Не обошлось без геморроя: под Богучарами упал Дебош, сломал ключицу, два ребра, порвал связки.
Перед Москвой нас встречали Михаил «Шериф» и московские «анархисты», и мы колонной отправились на Васильевский спуск, который был как бы последней точкой пробега. А напоследок Шериф заказал на всех отменный ужин. Он должен был ехать с нами в Чечню, но в последние дни его не отпустили с работы. Он искренне переживал за нас и сделал для успеха поездки всё, что мог.
Михаил: C момента нашей встречи и до возвращения в Москву я не переставал удивляться тому, как всё было идеально продумано и организовано. Это реально огромная работа, и ребята (Лёха «Ритуальщик», Олег «Ножницы», Михаил «Шериф» и другие) заслуживают высшей оценки. Я даже не представляю, как им удалось всё это организовать!
Безусловно, проблем в Чечне много. Много ещё разрушенных зданий. Но всё восстанавливается, идут ремонтные работы, строятся новые дома, существует строительный рынок. В центре Грозного работают фонтаны, кругом кафе, гуляют люди с детьми. За все прошедшие военные операции Гудермес пострадал меньше всего, а Центорой вообще производит впечатление зажиточного села – всё добротно и основательно.
Мирная жизнь там явно налаживается, несмотря на периодические взрывы или другие происшествия. Я для себя совершенно чётко уяснил (не вдаваясь в политические аспекты), что мы совершенно спокойно можем жить вместе. Да, мы немного разные. Да, у нас разные представления о культуре, о вере. Но общаясь с населением, я понял, что мы вполне можем поддерживать добрососедские отношения и приезжать друг к другу в гости. После этой поездки у меня абсолютно поменялось отношение и к Чечне, и к чеченцам, и к самой чеченской проблеме. Однако я не возьмусь утверждать, что бы было, если бы мы просто так взяли и поехали туда. Да, пожалуй, не пустили бы, завернули бы на первом же блокпосту ещё перед границей.
Алексей: Мы слышали, что общественность восприняла наш проект неоднозначно, что были разного рода негативные высказывания, в том числе и в прессе. Называли это пиар-акцией… Честно говоря, было неприятно. Пиар-акцией чего? Себя? А зачем? Это был наш личный проект, на него были потрачены наши собственные деньги. Никакой коммерции, никакой рекламы, никакой прибыли для себя. Поддержка людей была феноменальная, нам звонили из Украины, Беларуси, Молдовы, волновались.
Михаил: Многие пытаются политизировать нашу поездку или взглянуть на неё через призму политики. Но надо понять, что не было войны между русскими и чеченцами. Была война с бандитами и террористами разных национальностей на территории Чечни. Там погибли и наши русские ребята, и простые чеченцы. И виной всему не национальность и не религия. Всему виной деньги и политика. Мы – люди вне политики, и наши клубы вне политики. Мы ехали в гости к людям, которые нас пригласили и которые были нас рады видеть.

Мотоклуб «Падонки» и все участники пробега благодарят за содействие: Фонд им. Ахмада Кадырова, Московский грозненский деловой клуб, Федеральную сетевую компанию РАО ЕЭС, компанию «BMW» и, конечно, нашего друга Михаила «Шерифа» Евтеева.

ОСТАЛЬНЫЕ ФОТОГРАФИИ МЫ СМОЖЕТЕ УВИДЕТЬ НА СТРАНИЦЕ "ГАЛЕРЕЯ".